Евреи, которые иммигрировали в Нью-Йорк начиная с XVII до XXI века, представляли собой сплошное разнообразие этого города. Особенности и определенной пикантности добавлял тот факт, что все эти люди приехали из разных городов и городков Европы и других частей света, а также в разные периоды истории США.
Относительно Бруклина, сначала, как отдельного, крупнейшего по численности населения города США, а позже боро — второго по размерам района Нью-Йорка, то известно, что в течение всего времени евреи в основном селились в Краун-Гайтсе и Браунсвилле. Более подробно обо всем этом, и о том, как еврейская община Бруклина влияла на его культуру читайте на i-brooklyn.com.
Бруклин — особенное место
Если попытаться исследовать традиционный способ периодизации иммиграции евреев в Бруклин, то можно заметить наличие трех волн прибытия. Естественно, что была ранняя еврейская популяция, которая в 1654 году прибыла в Новый Амстердам из голландской колонии Ресифи. Можно сказать, что именно эти эмигранты еврейской национальности фактически образовали первую еврейскую общину не только в Нью-Йорке или Бруклине, а вообще в Северной Америке. Это были преимущественно сефардские евреи.
В середине XIX века евреи, которые приехали преимущественно из Центральной Европы, были немецкоязычными. Кроме участия в немецко-американских общественных делах, они имели отдельное еврейское существование с собственными синагогами и братствами. Наибольший приток евреев пришелся на конец XIX и начало XX века. Еврейское население тогдашнего Нью-Йорка выросло с примерно 80 000 в 1880 году до 1,5 миллиона в 1920 году.
Тогда же, в конце XIX века в Нью-Йорке началась определенная трансформация. Иммигрантам, в том числе и еврейским, больше не приходилось жить в каком-то из многочисленных переполненных и совершенно заброшенных многоквартирных домов в Нижнем Ист-Сайде на Манхэттене. Достижения в строительстве мостов и совершенствование транспортной системы предоставили всем приезжим новые возможности.
А в течение следующих нескольких десятилетий лицо еврейской демографии кардинально изменилось, что позволило, по крайней мере на некоторое время, снизить арендную плату и жить в более здоровой городской и сельской среде. Многие переехали на восток в Бруклин. Одним из первых районов, куда прибыл новый житель еврейской национальности, стал Браунсвилл.
Браунсвилл против Манхэттена
Те, кто мог себе это позволить, переезжали в Верхний Ист-Сайд, где жили более состоятельные немецкие евреи, очень часто они были владельцами швейных фабрик. На рубеже веков многие евреи также поселились между 97-й и 142-й улицами в районе, который сейчас известен как Гарлем.
Начиная примерно с 1887 года Браунсвилл начал развиваться совершенно по-другому. Некий Аарон Каплан, застройщик, начал скупать многочисленные земельные участки. Как и другие застройщики из Манхэттена, он специализировался на многоквартирных домах. Следует понимать, что его идея изначально заключалась не в том, чтобы использовать Браунсвилл, как место отдыха.
Наоборот, он хотел привлечь сюда бизнес из Нижнего Манхэттена и таким образом увеличить население этого бруклинского района, чтобы неплохо на этом зарабатывать. Дело двигалось, и впоследствии отдельные дома и коттеджи, которых раньше в этом бруклинском районе было весьма много, стали здесь редкостью. А все потому, что их заменили новые дома на две квартиры или многоквартирные сооружения.
Кроме того, в конце 1880-х годов некоторые производители одежды, а этим обычно занимались евреи, решили, что для них экономически выгоднее уехать из Нижнего Ист-Сайда. Поэтому они забирали свои мастерские и рабочих, с собой на другую сторону Ист-Ривер. Именно так, с миграцией предприятий в Бруклин, семьи, работавшие на этих фабриках, обычно следовали за своими работодателями.
Поэтому в течение пятилетнего периода, между 1899 и 1904 годами, население Браунсвилла выросло с десяти до шестидесяти тысяч человек. В это время происходило множество спекуляций с землей, от чего стоимость недвижимости, в конце концов, взлетела до небес. Схема была довольно простой. Полуквалифицированный иммигрант, работая, экономил какую-то сумму денег, для того, чтобы приобрести участок земли. Позже он продавал его с прибылью. Это превратило многих бывших бедных негодяев в богатых землевладельцев. Америка, страна мечты.
Таким образом, некогда пасторальный Браунсвилл стал густонаселенным, как Уильямсбург и южная часть Бруклина. Позже так же доступным и развитым стал Кони-Айленд. Поток иммигрантов, в том числе еврейской национальности невозможно было замедлить благодаря условиям жизни, от которых они бежали. Были такие моменты, что иммигранты поселялись в Бруклине со скоростью тысяча человек в неделю.
Вместе с тем, следует отметить, что не все эмигранты, кто хотел избежать неприятных моментов, мягко говоря, которые ожидали их в Нижнем Ист-Сайде, смогли сбежать в Бруклин. В начале 1890-х годов многие евреи бежали еще и на север.
Еврейские женщины
Сначала жизнь в Браунсвилле была гораздо более привлекательной для евреев. Возможно, это было связано со штетлом в сельской местности и давало надежду, о возможности жизни, тем традиционным способом, к которому все они стремились. А именно, чтобы мужчина или женщина, или даже ребенок, могли бы найти работу, чтобы не работать в субботу, чтобы дети ходили в школу, как принято в их прошлой жизни. И это неудивительно, ведь Бруклин тогда был преимущественно еврейским, за что его называли «Иерусалимом Америки». К примеру, в 1925 году население Браунсвилла состояло на девяносто пять процентов из евреев.
В течение многих лет еврейские женщины Бруклина демонстрировали свою приверженность социальному равенству, выступая и протестуя против несправедливости. В 1935 году именно они организовали забастовку за дешевое кошерное мясо — магазины с этим продуктом, конечно, были неотъемлемой частью еврейской жизни. Женское отстаивание своих убеждений заставило мясные магазины закрыться на неделю, что, в конце концов, привело к снижению цен до разумного уровня. Такие события повышали социальную и политическую сознательность многих жителей Бруклина.
Кинодворец «Лоу»
Одним из самых ярких представителей именно еврейской культурной жизни Браунсвилла стал кинодворец «Лоу», который располагался на Питкин-авеню между Легион-стрит и Саратога-авеню. Он вмещал чуть ли не 3000 зрителей, включая большой зал для просмотра, достаточно масштабный балкон и пару лоджий.
Здание было спроектировано Томасом В. Лембом. Кинодворец стал одним из самых популярных атмосферных мест в Бруклине. В те времена в таких заведениях, кроме киносеансов происходили и небольшие театральные представления. В «Лоу» показывали водевили, сценические ревю, выступали комики и тому подобное.
Что же касается кино, то первым фильмом в «Лоу» стала полнометражная звуковая картина, с песнями «Итак, это колледж» с участием Эллиотта Ньюджента, Роберта Монтгомери и Салли Старр. За почти четыре десятилетия своего существования в кинотеатре преимущественно показывали фильмы высшего сорта.
В целом, это место стало чем-то большим, чем просто кинотеатр в безоговорочно еврейском районе Бруклина. Это был пункт назначения, центр, откуда лились образы, которые информировали, развлекали и меняли судьбы. Для иммигрантов и детей иммигрантов, запертых в тесном мире работы и школы, это был способ усваивать американские идеи и ценности.
Источники:
- https://now.fordham.edu/inside-fordham/faculty-reads/tracing-history-jewish-immigrants-impact-new-york-city/
- https://brooklynjewish.org/explore-brooklyn/living-in-brooklyn-the-jewish-experience/
- https://www.brownstoner.com/architecture/brooklyn-architecture1501-pitkin-avenue-loews-theatre-brownsville/