Чуть больше века назад Бруклин справился с одной из крупнейших эпидемий в истории. Она известна, как испанский грипп — заразила треть населения мира, убив почти 50 миллионов человек и заставив жителей Нью-Йорка оставаться на карантине и носить маски. Тогдашний ответ города, был подобен мерам, которые недавно принимались, когда в мире бушевал COVID-19. Считается, что все эти меры замедляли распространение Большого гриппа 1918 года. От борьбы за то, чтобы школы оставались открытыми, до строительства временных больниц и внедрения домашнего карантина, исследуя Большой грипп, можно увидеть, что Бруклин, как часть Нью-Йорка имеет сложившуюся историю здравоохранения, известную успешным замедлением распространения инфекционных пандемий, от желтой лихорадки до холеры, брюшного тифа и полиомиелита. Более подробно о трагедии 1918 года и о том, как с ней боролись читайте на i-brooklyn.com.
«Испанка» которая совсем не из Испании
В 1918 году, когда основное внимание Америки было сосредоточено на Первой мировой войне, мир охватила сильнейшая пандемия современности. Эпидемия гриппа 1918 года, также известная как «испанка», распространилась по всему миру в 1918-1919 годах, заразив примерно одну треть населения мира, это около 50 миллионов человек. Испанский грипп был вызван вирусом H1N1, который содержал гены птичьего происхождения, однако до сих пор нет убедительных доказательств о географическом происхождении штамма, то есть, где началась вспышка остается загадкой.
Несмотря на распространенное мнение, грипп зародился не в Испании. Когда в Европе началась вспышка, военная цензура свернула любое возможное информирование об эпидемии. Это было сделано для того, чтобы поддерживать моральный дух. Поскольку Испания была одной из крупных европейских стран, сохранявшей нейтралитет в Первой мировой войне, там информация о росте и распространении этой болезни не подвергалась цензуре и свободно разглашалась. В результате сложилось впечатление, что Испания пострадала сильнее других стран и что грипп начался здесь ранее, чем где-либо еще, а это, в свою очередь, побудило людей считать, что все началось именно там.
Нью-Йорк больше всего пострадал от эпидемии осенью 1918 года, и при отсутствии вакцины и лечения подход города заключался в том, чтобы полагаться на хорошо отлаженную инфраструктуру общественного здоровья. Используя то, чему город научился из предыдущих вспышек холеры и туберкулеза, Нью-Йорк принял стратегию сдерживания. Про активный подход города имел три основные цели: замедлить распространение путем дистанцирования здоровых от больных, начать широкомасштабную просветительскую кампанию, чтобы обучать людей, как распространяется вирус и лучшим практикам его избежания, а также возможности для наблюдения за заболеваниями.
Стратегии противостояния
До 4 октября 1918 года только в Бруклине был зарегистрирован 421 случай гриппа. Поэтому крестовый поход общественного здравоохранения, чтобы остановить распространение болезни, начался. 10 октября карантин был введен на военном объекте Кэмп-Миллс, что на Лонг-Айленде, а также отдаленно — угольные шахты Пенсильвании были закрыты, потому что они, будучи рабочими местами, служили точками высокого заражения. И все же, хотя вся угольная промышленность была встревожена огромным падением производства, она смогла мобилизовать медицинских работников для поддержки своих больных.
По данным The Brooklyn Daily Eagle, по состоянию на 20 октября 1918 года в Нью-Йорке было примерно полмиллиона случаев заболевания. Департамент здравоохранения быстро разработал и применил новые стратегии противостояния эпидемии. Бруклин был разделен на двадцать четыре района, с медицинскими работниками, предназначенными для поддержки каждого из них. К тому же каждый из этих районов предоставлял недорогие готовые блюда больным жителям.
Все происходило очень быстро. 18 сентября 1918 года никто даже подумать не мог, что вообще возникнет эпидемия, а 4 октября уже наблюдался внезапный всплеск случаев заболевания. К 25 октября местные органы здравоохранения объявили, что худшее позади, и к 1 ноября уровень заражения значительно снизился. Известно, что вокруг эпидемии был водоворот дезинформации. К примеру, один местный тренер по плаванию предположил, что частично может быть виновным в эпидемии ничто иное как переедание. Также в местной газете была распространена реклама одной из компаний, которая предполагала, что для того, чтобы избежать заражения вирусом, нужно сделать ничто иное, как коррекцию позвоночника.
Общественное здравоохранение
Не обошлось, конечно, и без ошибок общественного здравоохранения Бруклина. Например, известен такой случай, о нем писала местная пресса — после того, как пик эпидемии миновал, местный Красный Крест решил устроить бал для 500 человек. И все бы ничего, но лимонад и фруктовый пунш подали для гостей, используя общие пятнадцать стаканов.
Как бы то ни было, но боро расширило свой потенциал для надзора за болезнями с помощью отчетов врачей и проверок состояния здоровья, тогда и, как массовая просветительская кампания убедила жителей Бруклина скрывать свой кашель и чихание и прекратить плеваться. Если не помогали рекомендации, к ним применяли штрафование, особенно, за плевки в общественных местах. Рассматривался вопрос, сможет ли власть штрафовать жителей, за то, что те не моют с мылом руки. То есть реакция местных чиновников от медицины опиралась на сочетание обязательных и добровольных мер для сдерживания распространения болезни.
Кроме того, сдерживание заключалось в изолированном карантине для всех, кто уже был инфицирован в своем частном доме. Те, кто проживал в пансионатах или других нечастных помещениях, в основном это были представители низшего класса, проживавшие в более густонаселенных условиях, были перемещены в больницы или временные карантинные палаты. Эти временные отделения были созданы в спортзалах, оружейных складах и даже в первом в городе приюте для бездомных в Муниципальном жилом доме на 1-й авеню.
Одной из самых больших проблем для Бруклина, как части Нью-Йорка, был общественный транспорт. Поэтому была введена программа, которая обязывала предприятия распределять рабочее время, пытаясь разделить движение в часы пик и избежать больших скоплений людей. Школы в основном оставались открытыми, но каждый ученик проходил медицинский осмотр каждое утро, а учеников с симптомами немедленно отправляли домой.
Почему не закрыли театры
Некоторые считали, что это решение было чрезвычайно противоречивым, ведь школа была более санитарной средой, чем детские дома, и, проводя здесь ежедневные наблюдения, можно замедлить распространение вируса, удерживая детей в безопасном и гигиеническом месте ежедневно. Кроме того, школы использовались, как основные точки распространения образовательных листовок о вирусе и шагах, необходимых для защиты от него.
Театры Бруклина тоже были закрыты, за исключением больших, хорошо проветриваемых, которые придерживались строгих правил охраны здоровья. В дополнение к усиленным правилам здравоохранения, театры должны были уменьшить переполненность, запретить курение и не позволяли приходить детям до двенадцати лет. Все заведения, которые не соответствовали этим нормам, были закрыты. Все это было сделано для того, чтобы не только дать людям возможность обмениваться информацией, но и уберегло публику от паники.
Источники: